.

Подписка

Тему развития науки в России тщательно исследовала научная группа ФГБОУ ВО «Московский политехнический университет». Выводы, сделанные на основе большого количества проанализированных материалов, по просьбе журнала «РИТМ машиностроения» представил наш постоянный автор, специалист в области технологий производства авиационно-космической техники, академик Академии космонавтики, профессор, доктор технических наук, преподаватель ФГБОУ ВО «Московский политехнический университет» Борис Петрович Саушкин.
 

преподаватель ФГБОУ ВО «Московский политехнический университет» Борис Петрович Саушкин

 

Тенденции

 

В связи со сменой общест-венно-­политической системы в отечественной науке произошли существенные структурные и функциональные изменения, которые привели к снижению ее общественной значимости. Статистические данные за 2000–2020 г г. говорят о значительном снижения числа организаций, выполняющих исследования и разработки [1]. Причем это происходит в основном за счет снижении числа научно-­исследовательских и конструкторских организаций. В этот период уменьшилось число персонала, занятого исследованиями и разработками.

 

Государственное финансирование является главной движущей силой развития научных исследований и разработок в России, а роль российского бизнеса и прочих ­источников носит второстепенный характер. Заметим, что в течение последних 20 лет Россия ежегодно вкладывает в науку около 1% ВВП, занимая по этому показателю 35 место в мире. Стратегическая задача инновационного развития России до 2020 года (распоряжение правительства РФ от 17.11.2008 № 2227, касающаяся увеличения внутренних затрат на исследования и разработки до 2,5–3% ВВП, не выполнена.

 

Необходимым условием развития прикладной науки является заинтересованность в ее результатах со стороны производственной сферы, которая должна поддерживать, в том числе финансировать науку. Очевидно, для этого производственная сфера должна использовать наукоемкие технологии и производить наукоемкую продукцию. Низкий инновационный потенциал промышленного производства России, сырьевой характер ряда экономически значимых отраслей являются тормозом для развития прикладной науки. В этом основная причина низкой эффективности взаимосвязей «наука — производство», которая постоянно отмечается специалистами. Таким образом, мы попали в порочный круг, из которого надо искать выход.

 

Существенным фактором является то, что снизилось количество средств на фунда­ментальную науку по сравнению с прикладными исследованиями, хотя, очевидно, что данная ситуация отнюдь не способствует появлению технологических инноваций, базирующихся на достижениях фундаментальных наук. Складывается впечатление, что правительство, которое должно в достаточной степени финансировать фундаментальную науку, относится к ней как к чемодану без ручки, что, несомненно, аукнется, и весьма скоро.

 

Качественные и количественные результаты развития прикладной науки в области машиностроения за последние 30 лет также нельзя признать удовлетворительными. Научный потенциал в этой области знаний заметно снизился, сократилось число научных школ, ослабли связи в цепочке «фундаментальная наука — прикладная наука — отраслевая наука — производство». По ряду направлений Россия не входит в число мировых лидеров.

 

При росте передовых производственных технологий, используемых в России, 88–90% из них — это технологии новые для России, то есть, заимствованные, а принци-­пиально новые технологии составляют лишь 10–12% от общего числа. Заметно умень­шилось число передовых технологий, защищенных патентами, то есть содержащих элементы новизны, что снижает их ценность.

 

Одна из причин отставания отечественного машиностроения в разработке новых технологий заключается в низких темпах развития опережающих исследований и разработок. Доля собственных исследований и разработок наиболее динамично развивающихся стран в структуре инновационных затрат превышает 50%. В России доля НИОКР составляет 10–12%. В машиностроении России основная масса инновационных затрат приходится на закупки оборудования. Сказанное также подтверждается и при анализе удельного веса России в общемировом числе публикаций в области технических наук [2].

 

 

Пути развития

 

Современный методологический подход указывает два пути развития прикладной науки: экстерналистский (директивный) и интерналистский (естественно-научный). Экстерналистский подход предполагает, что на развитие науки в первую очередь влияют внешние факторы, такие, как потребности материального производства, состояние социально-­экономической сферы общества, и он в значительной степени контролируется государством и осуществляется с участием государства.

 

В настоящее время в России используют различные механизмы директивного варианта развития науки, такие, как государственные программы развития, технологические платформы, территориальные и инновационные кластеры, национальная технологическая инициатива. Механизм реализации данного подхода предусматривает несколько последовательных иерархических уровней формирования и реализации государственной программы развития: «уполномоченный орган правительства РФ — министерство или ведомство как ответственный исполнитель — исполнитель первого уровня (НИИ, корпо­рация, холдинг и др.) — научное или производственное подразделение». Между ними осуществляются прямые и обратные связи.

 

Несмотря на эффективность подобной схемы формирования проектов и распреде­ления финансовых ресурсов, следует отметить присущие ей недостатки:
— в условиях ограниченности ресурсов основной задачей является выбор таких направлений их использования, которые способны дать в будущем наибольший эффект (экономический, технический, социальный, политический). В условиях повышения частоты появления технологических нововведений, ускорения процесса их коммерциализации программа развития должна быть гибкой и реагировать на изменение внешних условий. Анализ показывает, что механизм государственных программ не отвечает этому условию, является инерционным, ему не хватает мобильности, он излишне громоздок и бюрократизирован;
— наличие промежуточных уровней с разной квалификацией исполнителей, слабо развитой, а порой и формальной процедурой экспертизы, снижает степень объективности и вероятность выбора и финансирования наиболее перспективных направлений исследо­ваний;
— доля НИР по отношению к ОКР, как правило, невелика, развитие проблематики многих научных направлений не является значимым фактором и выполняется по ­остаточному принципу;
— результаты завершенных НИОКР зачастую откладываются на полку, а не переходят на стадию коммерциализации инновационного процесса и не попадают на рынок, что снижает эффективность прикладной науки;
— механизм мотивации инновационного процесса в данной схеме выполнения НИОКР не доминирует, поэтому инновационная эффективность разработанных техно-­логий, как правило, невелика, а ряд выполняемых технических проектов сводится к схеме освоения выделенных бюджетных средств.

 

Недостатком директивного развития науки является и то, что при его реализации ресурсы, выделяемые на развитие науки, концентрируются на тех ее направлениях, которые обеспечивают выдвинутые государством приоритеты. В этом случае есть опасность отстать в тех областях получения и накопления новых знаний, которые не укладываются в выделенные приоритеты. Можно не оценить перспективность научных результатов, полученных на «побочных» направлениях исследований, что приведет к необходимости значительных затрат в будущем.

 

Второй, естественно-научный подход развития прикладной науки основан на определяющей роли внутренней логики ее развития, преемственности ее научных идей, преемственности между старым и новым знанием. Важнейшей формой и в то же время механизмом реализации естественно-научного пути является научная школа.

 

Анализ показывает, что в настоящее время используются в основном три категории понятий «научная школа»:
— производственный коллектив в науке — формальное объединение, научно-­образовательная организация различного статуса (университет, кафедра, факультет, НИИ, отдел, лаборатория);
— исследовательский (творческий) коллектив, не обязательно имеющий формальную принадлежность к ­какому-либо структурному подразделению университета или НИИ;
— направление в науке, объединившее интересы группы исследователей.

 

Несмотря на то, что появились иные формы эффективной организации труда ученых (многопрофильный научный коллектив, научные группы, основанные на принципах гибкого проективного финансирования, центры перспективных исследований и пр.), у научной школы есть существенные преимущества. Это неформальность научных коммуникаций, ориентация на подготовку научной молодежи, формирование научных традиций, в том числе и научных эвристик, способствующих результативности научного поиска, генерация и поддерживание определенных моральных принципов.

 

В настоящее время естественно-научный путь развития технологической науки в должной степени не используется, государственная поддержка научных школ явно недостаточна, что приводит, за редким исключением, к их постепенной деградации. Кроме того, недооценка роли научных школ провоцирует риски неэффективного использования выделенных ресурсов и отставания страны в отдельных направлениях развития техники и технологии, перспективность которых на начальных стадиях не очевидна.

 

Другой причиной деградации научных школ в области прикладной науки является низкая мотивация занятий исследовательской деятельностью и, следовательно, отток молодежи из сферы науки. По статистическим данным, из России ежегодно мигрирует несколько десятков тысяч наиболее перспективных молодых инженеров и исследователей.

 

Следует отметить также низкий уровень оснащенности отечественных научных организаций современным исследовательским оборудованием, снижение роли этической составляющей научной деятельности, заметное ухудшение связей в цепи «фундаментальная наука — прикладная наука — производство». В вузах существенное повышение учебной нагрузки, высокий уровень бюрократизации повседневной деятельности ограничивают возможности высококвалифицированных преподавателей заниматься исследова­тельской работой и работой с учениками.    

 

 

Выводы

 

Суммируя сказанное, можно в очередной раз повторить известное изречение о том, что науку надо поддерживать как науку, а не как придаток промышленности. Перефразируя другое известное изречение, можно также сказать, что народ, не желающий кормить свою науку, будет кормить чужую, что мы, собственно, уже давно делаем, подпитывая квалифицированными научными кадрами науку США и других западных «партнеров».

 

Существуют многочисленные рекомендации по выходу из создавшейся тупиковой ситуации, высказанные на разных уровнях и разными специалистами. Остановлюсь на некоторых наболевших вопросах, относящихся, в первую очередь, к области прикладной науки — технологии машиностроения.

 

1. Необходимо наконец определиться с судьбой немногих оставшихся отраслевых институтов, которые к настоящему времени в своем большинстве занимаются чем угодно, только не развитием отраслевых технологий. Определить их статус, роль и сферу ответственности, четко сформулировать цели и задачи, критерии эффективности деятельности и механизм контроля эффективности, определить регулярный объем и порядок финансирования. Во главе угла следует поставить конкретные результаты (в «железе», а не в бумаге) создания инновационной технической и технологической продукции, значимой для развития отрасли. Кадровый, особенно руководящий, состав следует привести в соответствие с характером деятельности: подавляющее большинство специалистов должны иметь техническое образование по основному профилю деятельности, а руководители кроме того — значимый опыт работы в данной конкретной области.

 

2. Необходимо прекратить порочную практику замалчивания и перейти к широкому общественному обсуждению результатов завершенных государственных программ и проектов [3]. Каковы результаты финансирования основных государственных программ развития (перечень государственных программ РФ, утвержденных правительством РФ 11.11.2010 № 1950‑р)? Каковы результаты деятельности и фактическая эффективность технологических платформ (перечень технологических платформ, решение президиума правительственной комиссии по высоким технологиям и инновациям от 21.02.2012, ­протокол № 2)? Каковы фактические результаты реализации национальной технологической инициативы (постановление правительства РФ от 18.04.2016 № 317 «О реализации национальной технологической инициативы»)? Каковы фактические результаты деятель­ности проекта «Сколково»? Где официальная оценка деятельности РГК «Роснано»?

 

Ответы на эти вопросы приходится искать в малодоступных статистических справочниках разной степени достоверности, в то время как телеэфир и сети забиты информацией порой сомнительного качества.

 

Важность этих вопросов диктуется тем, что одним из необходимых условий успешного развития экономики (на всех уровнях) является качество системы управления ею, основанное на обратных связях, то есть на информации о текущем состоянии системы, оцениваемой по критерию «затраты — ­эффективность». Кроме того, негативные результаты ­какого-либо крупного проекта имеют и позитивный аспект — они позволяют разработать иные, более успешные механизмы и не повторять ошибок в будущем, то есть не наступать на грабли. Чреда провальных, крупномасштабных проектов может существенно сказаться и, вероятно, сказывается на результатах макроэкономической деятель­ности.

 

3. Необходимо серьезно заниматься подготовкой научных кадров высшей квалифи­кации. В свое время Министерство науки и высшего образования РФ в качестве целевой установки деятельности аспирантуры выдвинуло предоставление соответствующих образовательных услуг. В результате подготовка и защита диссертаций была отодвинута на задний план и стала носить чисто формальный характер: относительная доля защитившихся аспирантов упала, в ряде случаев до 5–10%. Материально-­техническая база исследовательской работы на кафедрах продолжала деградировать.

 

В 2020 году концепция, как это ни удивительно, кардинально изменилась: оказы­вается, аспирантура предназначена в первую очередь для подготовки исследовательских кадров высшей квалификации с соответствующим сертификатом — дипломом кандидата наук. Казалось бы, для решения этой задачи нужно прежде всего усилить и обновить материально-­техническую базу исследований, то есть предоставить аспирантам необходимые условия для исследовательской работы. Второе: необходимо резко сократить образовательные услуги, снизить объем учебных дисциплин, тем самым, освободив и увеличив время для исследований и работы над диссертацией. Третье: создать (по сути, восстановить) систему стимулов для защиты аспирантов. Четвертое: расширить число советов по защите диссертаций по ряду научных специальностей.

 

Вместо этого в вузах создали комиссии по заслушиванию степени подготовки диссертационных работ, а руководителей обязали выпускать аспирантов на защиту, как будто ранее такая обязанность за ними не числилась. Таким образом, необходимые условия подготовки и защиты диссертаций заменили условиями достаточными, что вряд ли приведет к значимому результату.

 

4. Еще одна проблема высшей школы, которую необходимо решать, связана с повышением качества молодых специалистов, в частности, технического профиля. Дело в том, что большую роль в качестве их подготовки играет выполнение такого вида учебной работы, как производственная практика. В связи с изменением формы собственности производственных предприятий стремление получить максимальную прибыль приводит к отказу или резкому снижению объема средств, выделяемых на подготовку кадров и, в частности, на проведение производственных практик на базе предприятий. Как следствие — отказы в предоставлении мест для практики или ограничение числа таких мест. Поэтому, вузы, в ряде случаев, вынуждены упрощать этот вид учебной работы, что, безусловно, негативно влияет на качество подготовки молодых специалистов. Молодые специа­листы приходят на предприятия, которые отмечают недостаточный уровень их подготовки. Опять порочный круг! Нам кажется, что этот вопрос следует решать на законодательном уровне, не откладывая в долгий ящик.

 

5. Как справедливо заметил один из основоположников научных основ машино-строения проф. А. П. Соколовский, учение о технологии машиностроения родилось в цехе и не должно порывать с ним связи. Поэтому, в большинстве научных коллективов, работающих в области технологии машиностроения, получение научной продукции, то есть, поиск и аккумуляция новых знаний, не являлось и не является самоцелью, а используется для продолжения работ вплоть до передачи конкретной разработки на производство в виде технологических рекомендаций, опытных образцов, новых или улучшенных технологий, включая средства технологического оснащения и программный продукт.

 

В связи с ослаблением взаимосвязей в цепочке «фундаментальные исследования — прикладная наука — производство» этот базовый принцип все сложнее осуществить. Про-изводству требуется апробированный конечный продукт, получение которого без адекватных затрат невозможно. Вузы и научные организации, в большинстве своем, вложить собственные средства в достижение конечного результата исследований, как правило, не могут. Опять наблюдается порочный круг, из которого необходимо выходить.

 

6. Необходимо уйти от сложившейся системы формального решения важных социально-­экономических и технико-­экологических проблем. Вместо организации амбициозных форумов, симпозиумов и прочих мероприятий, тоже, кстати, полезных, но в иных масштабах, хотелось бы увидеть затраты средств на более конкретную работу, приводящую к результатам, которые можно реально оценить и «пощупать».

 

Этот тезис правомерно применить к прошедшему Году науки и технологий. Какие конкретно средства вложены в развитие науки и технологий в этом году, какие конкретно организации заметно улучшили материально-­техническую базу и получили возмож­ность оснастить ее современным оборудованием, какие значимые организационно-­технические решения приняты в этом году на государственном уровне по развитию науки и технологий — вот далеко не все вопросы, ответы на которые дадут объективную оценку итогам Года науки и технологий.

 

Литература
1. Краснова Е. В., Моргунов Ю. А., Саушкин Б. П., Шандров Б. В. Развитие прикладных научных исследований в машиностроении России // Экономика в промышленности. 2021. № 14 (3). С. 274–287. https://doi.org/10.17073/2072-1633-2021-3-274-287
2. Машиностроение в условиях инновационной парадигмы развития производ­ственных систем / Моргунов Ю. А., Саушкин Б. П.: под ред. Саушкина Б. П.. М. Московский Политех, 2019. 240 с.
3. Моргунов Ю. А., Саушкин Б. П. Инновационная деятельность в научно-­технической сфере России // Экономические стратегии. 2020. № 2.  С. 65–71.

 

Источник журнал "РИТМ машиностроения" № 10-2021

 

 

 

 

Внимание!
Принимаем к размещению новости, статьи
или пресс-релизы с ссылками и изображениями.
ritm@gardesmash.com

 


Реклама наших партнеров