Подписка
Автор: 
Александр Механик

Станкостроению нужны национальные чемпионы

 

Станкостроение наряду с микроэлектроникой — ключевая отрасль для обеспечения технологического суверенитета. В России эта отрасль сейчас практически развалена. Чтобы восстановить ее работу, необходимо активное участие РАН, создание мощного центра прикладной науки и выращивание компаний — национальных чемпионов.

 

президент Российской ассоциации производителей станкоинструментальной продукции «Станкоинструмент» Георгий Самодуров
Наш журнал неоднократно обращался к теме развития станкостроения в России, в том числе мы беседовали с президентом Российской ассоциации производителей станкоинструментальной продукции «Станкоинструмент» Георгием Самодуровым. Мы вновь встретились с Георгием Васильевичем, чтобы обсудить проблемы станкостроения с точки зрения обеспечения технологического суверенитета. Нашу беседу мы начали с нашего традиционного вопроса:

 

 

— Как вы определяете для себя, что такое технологический суверенитет в целом и применительно к отрасли, в которой вы работаете?

— Технологический суверенитет, как я понимаю, — это способность государства обеспечить такое научно-техническое и промышленное развитие страны в жизненно важных областях экономики, которое гарантирует независимость его экономической, социальной, промышленной и оборонной политики от иностранного влияния. И одновременно создает условия для продовольственной и энергетической независимости, для безопасности страны при угрозе внешних посягательств, для ее обеспечения товарами первой необходимости, транспортной инфраструктурой, необходимыми средствами производства.

Замечу, что после 24 февраля 2022 года кардинально изменилась ситуация во всем мире, и требование технологического суверенитета становится для любого крупного государства гарантией его безопасности.

А применительно к нашей отрасли это уже такая деятельность в сфере научного обеспечения, и в сфере изготовления современного оборудования, которая обеспечивает независимость страны от импорта в нашей конкретной области — в станкостроении.
 

 

С НАУКОЙ ПРОСТО КАТАСТРОФА


 

— Вы упомянули научное обеспечение отрасли. А какова ситуация с ним?

— Если говорить о состоянии научно-технического развития применительно именно к нашей отрасли, то приходится признать, что практически вся отраслевая и фундаментальная наука в области станкостроения, которая у нас была до конца 1980-х, была полностью разрушена за последние 25‒30 лет. Мы уже как-то с вами говорили о том, что до 1991 года в Советском Союзе было 46 НИИ и опытно-экспериментальных производств. А уже после распада СССР в России было 24 НИИ. Это была стройная система научного обеспечения станкоинструментальной отрасли. Она строилась на трех уровнях. Во-первых, это фундаментальные научные исследования, проводимые институтами машиностроительного профиля Академии наук ССССР и вузами. Во-вторых, это прикладные научные исследования, проводившиеся отраслевыми научно-исследовательскими институтами и их опытными производствами, по совершенствованию, разработке и созданию нового оборудования. И в-третьих, это разработка и создание новых заводов в станкоинструментальной отрасли, которую проводили отраслевые проектные институты, такие как Гипростанок, Оргстанкинпром.

Это были три основы научного обеспечения деятельности предприятий и отрасли в целом. Такая система научного обеспечения была признана лучшей в мире представителями крупнейших корпораций и холдингов Германии, Японии, Италии, США и других стран. Об этом есть свидетельства и отзывы. Это во многом позволяло СССР занимать второе место в мире по потреблению и третье по производству металлообрабатывающего оборудования. Сегодня мы находимся на 12-м и 15-м местах соответственно.
После 1991 года институты Российской академии наук полностью, а вузы частично, отошли от задач научного обеспечения отрасли. В РАН есть Институт машиноведения имени Благонравова, который всегда был на передовой разработок современных технологий, под которые потом создавалось оборудование. Этот институт сегодня не работает с отраслью. Вузы работают, но очень-очень слабо. Если говорить об отраслевых научно-исследовательских институтах, которые на основе той информации, которую они получали от институтов РАН, как раз и создавали современное металлообрабатывающее оборудование, то их сейчас фактически осталось всего четыре. При этом ведущий институт отрасли, ЭНИМС, Экспериментальный научно-исследовательский институт металлорежущих станков, сохранился как юридическое лицо, сохранил свое название и свою территорию, но она принадлежит уже не науке, а используется частным бизнесом для сдачи в аренду и получения с этого доходов. Институт вроде бы юридически есть, а на отрасль не работает вообще никак. И там не проводится никаких исследовательских работ. ВНИИинструмент, и ВНИИалмаз тоже если и работают на отрасль, то очень незначительно. Поэтому потенциал научно-исследовательских институтов практически ликвидирован, как и опытное производство при них.

Если же говорить об отраслевых проектных институтах — Гипростанок, Оргстанкинпром, — то они полностью исчезли, нет даже названий таких сегодня. Их функции по проектированию станкостроительных предприятий, станкостроительных производств частично взяли на себя некоторые инжиниринговые компании, которые разрабатывают отдельные технологические участки для изготовления каких-то отдельных деталей и узлов. Но речь не идет о создании станкостроительных производств в целом. В общем, с наукой в отрасли просто катастрофа. Нужны экстренные меры по ее возрождению. Иначе технологический суверенитет не обеспечить.
 

 

 

ПОДКЛЮЧИТЬ РАН И СОЗДАТЬ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЦЕНТР ОТРАСЛЕВОЙ НАУКИ


 

— А что нужно сделать для возрождения отраслевой науки?

— В первую очередь на нее нужно посмотреть именно с точки зрения научно-технического обеспечения технологического суверенитета.

В апреле этого года прошло заседание президиума РАН, посвященное станкостроению. Прошло довольно много времени, но сдвигов нет. Я считаю, что для того, чтобы в нашей отраслевой науке произошли серьезные изменения и сдвиги, необходимо решить три крупных вопроса. Во-первых, создать в Российской академии наук экспертный совет по проблемам станкоинструментальной промышленности. Чтобы кто-то в РАН отвечал за развитие станкоинструментальной отрасли при проведении фундаментальных научных исследований и разработок. Поручить одному из вице-президентов РАН персонально отвечать за деятельность этой структуры, за развитие станкоинструментальной науки. Причем формирование такого совета должно проходить при непосредственном участии отраслевого сообщества, представителей ведущих организаций, доказавших свою состоятельность реальными делами, видных ученых в области станкостроения. Чтобы это не был совет, состоящий из чиновников и представителей ФОИВов. Это должен быть живой, работающий совет.

Во-вторых, я бы предложил, чтобы в станкоинструментальной отрасли был создан государственный научный и конструкторско-технологический центр с концентрацией в нем имеющихся научных ресурсов отрасли. Оптимальнее всего создать этот центр на базе МГТУ Станкин. Мы с вами уже говорили о том, что в свое время в программе развития станкоинструментальной отрасли в период с 2011 по 2016 год были выделены ресурсы на создание инжинирингового центра при Станкине, которые позволили закупить 286 единиц современнейшего оборудования. Вложено было около пяти миллиардов рублей.
Это оборудование есть, но оно не работает сегодня на научное обеспечение. Создав такой государственный научный конструкторско-технологический центр, можно решить эту проблему. Но это должно быть не только структурное подразделение Станкина, у Станкина как у учебного вуза другая задача, у них должна быть тесная интеграция, но это должна быть отдельная структура, которая финансировалась бы государством. Тем более что, когда создавался этот центр, он так и назывался — Государственный инжиниринговый центр. Но это была просто аббревиатура, имя собственное, название, а не его юридический статус. Там около 500 человек работало, 150 проектов за год было осуществлено. Но тогда было решено, что нужно, чтобы ГИЦ сам зарабатывал деньги. И это привело к тому, что ГИЦ прекратил свое существование.

ГИЦ должен быть государственным научным и конструкторско-технологическим центром, он должен быть на бюджете Министерства образования и науки. Для его существования нужны копейки в сравнении с масштабом задач, которые он должен решить. Идея о том, что ГИЦ должен сам себе зарабатывать на проектах, потерпела неудачу. У заводов есть интерес к научным разработкам, но у них сегодня нет финансовых ресурсов для этого.
И такой ГИЦ сможет координировать работу всех технологических и конструкторских служб, которые есть на предприятиях отрасли, сможет взаимодействовать с научными подразделениями других отраслей и госкорпораций — именно с точки зрения прикладной науки. Кроме того, нужно принять меры с государственным участием по воссозданию отраслевого института станкостроения — ЭНИМСа.

Сегодня наша страна столкнулась с масштабным испытанием, и задача сохранения нашей независимости во многом связана и с деятельностью отрасли. Как я уже сказал, сегодня большую территорию бывшего института выкупили и все сдается в аренду.

Нужно от имени государства потребовать вернуть их в лоно института. Необходимо также вернуть к активной деятельности на интересы отрасли два института — ВНИИинструмент и ВНИИалмаз.

Все, что я предлагаю, можно очень легко и быстро сделать, буквально за несколько месяцев при желании государства. Потому что база для этого вся есть.

 

 

— А специалистов мы найдем?

— Конечно найдем. Москва же была колоссальным научным центром станкостроения. И люди остались, они ж в космос не улетели. В Москве были все ведущие станкоинструментальные предприятия страны. «Красный пролетарий», завод имени Орджоникидзе, МСЗ, МЗКРС и много других. На них были мощные конструкторско-технологические отделы. Еще сохранился интеллектуальный потенциал. Его еще можно возродить и использовать. Но это, честно говоря, последняя возможность.

 

 

— Они уже, наверное, в солидном возрасте…

— Не все в возрасте. Многие 50‒55-летнего плодотворного возраста. Если люди увидят, что есть интерес со стороны государства, они придут туда, потому что они посвятили многие годы жизни отрасли и болеют за нее. Людей найти именно на этот научный центр не проблема. Было же 500 человек в 2015‒2016 году в ГИЦе.
 

Сверлильно-фрезерно-расточный станок с ЧПУ модели СТЦ 50 (S500), разработанный и произведенный на производственной площадке СТАН в Стерлитамаке (ООО НПО «Станкостроение»), стал лауреатом всероссийского конкурса программы «100 лучших товаров России»
 

 

 

ВЫРАСТИТЬ НАЦИОНАЛЬНОГО ЧЕМПИОНА


 

— С наукой понятно. А каково состояние собственно станкостроительной промышленности, опять же с позиций технологического суверенитета?

— С точки зрения развития производства, в принципе, в отрасли есть определенные позитивные сдвиги. Сегодня в России 39 станкостроительных заводов, 16 заводов по выпуску кузнечно-прессового оборудования, 36 заводов по выпуску различных видов инструмента. Есть примерно десять крупных инжиниринговых компаний, которые занимаются разработкой проектов и обеспечением поставки оборудования для создания отдельных производств по изготовлению сложных узлов и деталей, пять предприятий, созданных совместно с рядом крупных зарубежных компаний, целый ряд организаций, прямо не относящихся к станкостроительной отрасли, но производящих определенные детали и узлы для нее. Так что потенциал и база для развития есть.

Есть определенные позитивные моменты в продвижении и создании современной продукции. Я уже приводил вам пример, что если взять десять первых предприятий по объему производства продукции, то на сегодня пять из них — это предприятия, созданные в течение последних семи‒десяти лет. Но этих позитивных изменений недостаточно для того, чтобы в полной мере, хочу это подчеркнуть, в полной мере обеспечить технологический суверенитет страны. Я считаю, что для того, чтобы в этой сфере обеспечить технологический суверенитет, государству нужно поставить задачу создать национального лидера или национального чемпиона в станкоинструментальной отрасли.

Одна из главных задач такого национального чемпиона или группы таких организаций должна заключаться в обеспечении поставок самого современного оборудования и инструмента предприятиям страны и в формировании на этой основе положительного имиджа станкоинструментальной отрасли, что очень важно, учитывая определенные предрассудки, которые существуют у нас по отношению к российским производителям. А для этого предприятия национального чемпиона должны быть доведены до самого современного в техническом и организационном плане уровня.

И такие возможности для появления национального чемпиона в отрасли есть. Это можно сделать достаточно быстро на базе группы компаний «Стан» (был отобран в проект Минэка «Национальные чемпионы» в 2016 году). В «Стан» сегодня входят семь ведущих заводов. Есть еще целый ряд заводов, которые тоже могут выступить в качестве базовых для создания лидеров отрасли.

Мы много говорим о поддержке отрасли, всякие решения принимаем, выходят разные постановления, стратегии выходят. Какие-то локальные вопросы они решают, но в нынешней ситуации нам необходимо принимать кардинальные решения, и очень быстро. И государство должно решиться на то, чтобы вложить в реализацию этого предложения, по нашей оценке, где-то порядка ста миллиардов рублей и сделать из этих заводов образцовые предприятия, не хуже, чем в Германии, в Японии, в Америке. Когда приходишь там на такие заводы, то рот открываешь, когда видишь, как там все здорово выглядит. И с этими национальными чемпионами — а их много и в Германии, и в Японии, и в Америке — хотят работать все. А это важно еще и для того, чтобы бизнес начал вкладывать в отрасль свои ресурсы.

Сейчас председатель правительства Мишустин сообщил о беспрецедентных вложениях в микроэлектронику. Это очень правильно и своевременно. Но это нужно сделать и для станкостроения. Ведь именно эти две сферы в первую очередь обеспечивают технологический суверенитет. И только неординарные решения могут изменить ситуацию в лучшую сторону. Невозможно создавать и выпускать современную продукцию на заводах с устаревшим оборудованием и технологиями. Существующие меры поддержки в этом недостаточны. Нужны решения как по микроэлектронике.

Воспользовавшись случаем, я хочу также обратить внимание на ситуацию с новосибирским заводом «Тяжстанкогидропресс», который обладает рядом уникальных технологических возможностей. Сегодня его пытаются ликвидировать. Это будет невосполнимая потеря для обеспечения технологической безопасности страны. Другого такого предприятия в стране нет. Если сейчас не сохранить его, зиму завод не переживет.
 

 

 

КАК РЕШИТЬ ПРОБЛЕМУ КОМПЛЕКТУЮЩИХ


 

— Такой национальный чемпион на базе группы «Стан» мог бы, наверное, взяться и за решение проблемы комплектующих изделий…

— Да, сегодня одна из ключевых проблем отрасли — производство комплектующих изделий. Мы восемь лет ставим этот вопрос и говорим, что отдельные комплектующие изделия нужно выпускать в стране. Без этого в настоящее время никакого технологического суверенитета не достичь. Но бизнес сам по себе не заинтересован сегодня этим заниматься, потому что, пока не будет налажен выпуск не менее пяти-семи тысяч станков, производство комплектующих будет экономически ему невыгодно. Мы же видим, что проблема выпуска комплектующих изделий не только для станкостроения характерна. И для авиации, и для автомобилестроения — для всех это проблема. Сегодня организация производства комплектующих изделий носит системный характер. А коль это пока бизнесу невыгодно, давайте создадим такие экономические условия, чтобы заинтересовать его выпуском этих изделий. И под это можно действительно привлечь и национальных чемпионов, и предприятия оборонной промышленности.

Мы знаем, что оборонка может это сделать, там есть квалифицированные специалисты, производственные возможности. У нас есть определенный опыт взаимодействия в этом вопросе с предприятиями ОПК. В качестве примера могу рассказать, как три года назад одному из предприятий предложили изготовление инструментального магазина на 64 позиции для оснащения станков с ЧПУ и обрабатывающих центров. Была очень качественно разработана конструкторско-технологическая документация и изготовлен, не побоюсь сказать, один из лучших инструментальных магазинов. Но цена его, в силу особенностей определения ценовых параметров у данных предприятий, была в два раза выше, чем могло бы быть на предприятиях отрасли.

Мы знаем, что цена изделий, которые делают на оборонке, по разным причинам выше, чем в гражданской промышленности. А чтобы снизить цену до уровня конкурентоспособной, необходимо компенсировать оборонке часть затрат. Тем более что у нас же есть постановление правительства номер 1206 от 10 августа 2020 года по станкостроению, которое говорит о том, что, если у потребителя продукции не хватает финансовых ресурсов на ее приобретение, он может, сделав соответствующее обоснование, получить скидку до 50 процентов, а разницу изготовителю возмещает бюджет через Минпромторг. Так давайте найдем не такие уж большие ресурсы, чтобы можно было на предприятиях оборонки выпускать качественные комплектующие изделия.
Это одна из возможных мер, которая сможет решить проблему организации выпуска наиболее критически важных изделий для станкоинструментальной отрасли. Могут быть использованы и другие экономические стимулы. Нужно найти эти решения и распространить их и на национальных чемпионов. И мы решим сразу ключевую проблему, от которой во многом зависит технологический суверенитет государства.


Ссылка на публикацию в журнале «Стимул»: https://stimul.online/articles/interview/stankostroeniyu-nuzhny-natsionalnye-chempiony/

Источник

 

 

Внимание!
Принимаем к размещению новости, статьи
или пресс-релизы с ссылками и изображениями.
ritm@gardesmash.com

 

Реклама наших партнеров